«Джокер»

Под плакатом «Нет другого образа жизни, кроме американского» стоит замызганная толпа в очереди за едой. Люди не то чтобы совсем в слюни нищие, но выглядящие подавленно, нервно, вероятно, переругивающиеся друг с другом, готовые хамить и ненавидящие ситуацию, которая выставила их на улицу стоять в этой очереди с этими вот людьми. Это я пересказываю фотографию журнала LIFE, иллюстрирующую Великую депрессию. Возможно, люди видят фотографа и им неловко за то, что он снимает их в такой унизительной позиции.

Перенесёмся теперь в город Готэм, жизнь которого разглядывает на экране русский зритель. Там неврастения, устрашающий порядок, которым живут люди, социальная несправедливость, коррупция и страшно уродливые фоны для жизни — грязь, крысы, надписи на стенах, плохо работающие лифты, подземка… «Мама, в каком страшном доме мы живём. Мама, скажи?» В голове у зрителя играет из детства выстраданное «Никого не жалко, никого, ни тебя, ни меня, ни его…» Сосед по кинотеаторному креслу посмеивается в напряженных моментах, но локоть на общий подлокотник на всякий случай не кладёт. Он со своей бабой пришёл, ему неприятности ни к чему. Он в своей очереди за едой стоит. В его жизни, там, за стенами кинотеатра, глубоко в осени, живёт свой Готэм.

Неизвестно, что получают американцы, которые смотрят «Джокера». Очередного психопата с богатым культурным бэкграундом, которому за лучшую мужскую роль и за режиссуру светит Оскар. Может быть, тревогу, потому что страх таких вот персонажей более чем основательный. К ним регулярно приходят и стреляют во все стороны и даже — было такое — в настоящем кинотеатре, прикинувшись киношным Джокером (12 погибших, 59 раненых).

Я знаю, что получаем мы. Силу жить дальше в Готэм-Сити. История Джокера — вот этого конкретного Джокера — печальная. Ему сострадаешь. Эмпатия от зрителя к его нелепости, испанский стыд за поведение остальных персонажей — всё это заслуга режиссёра и ювелирное попадание в актёрский талант и заячью губу Хоакина Феникса, возрождающегося и создавшего в третий раз самого себя — актёра наивысшей пробы и бесспорной творческой удачи.

Основная музыкальная композиция фильма — песня в исполнении Френка Синатры That’s Life. Возможно, поэтому я вспомнил то фото из журнала LIFE, а, возможно, от того, что фильм вдохновляет жить дальше. После символьного конца, когда Джокер улыбается, уходишь из кино грустным и желающим всем здоровья. Всем, стоящим в очереди за едой. Болезненный, искаженный смех, который вырывается из нутра душевнобольного не так уж и страшен, когда есть силы жить, быть снисходительным к ближним. И, если уж совсем нельзя без зла для них, то творить его нужно по-возможности меньше.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.